Глава 7 Каша.

Следующую неделю Соня и Тимофей не расставались со своим новым другом Леней. Они знакомились с жителями Большой полянки, дважды были приглашены на чай к волку Диме, из-за чего даже чуть не поссорились с зайцами, которые по-прежнему все свободное время посвящали придумкам каверз и мелких пакостей против волка. Неделя пролетела незаметно, и наконец, настало утро воскресенья, на которое была назначена Каша. Для жителей Зачарованного леса Каша важный праздник, многие звери приходят познакомится с малышами, встретиться с друзьями, посмотреть на представление, поучаствовать в играх, никогда не известно, что именно придумают родители, каких артистов пригласят, программа праздника не разглашается. Праздник мог длится целый день.

Для правнуков Серафимы должен быть устроен необыкновенный праздник,- так думали многие звери, с удовольствием предвкушая развлечение.

К десяти утра были приглашены дети, родившиеся этой зимой и весной. Агафья с подружкой- выдрой Акулиной, несколькими родственницами и соседками с раннего утра украшали улицу: по деревьям была пущена гирлянда с изображением сказочных героев, гирлянда была старинная, Агафья помнила, как ее развешивала на новый год мама. По деревьям развесили разноцветные фонарики, до вечера они служили украшениями, а вечером в них должны были зажечь огонь светляки. Фонарики были резные, по форме напоминали разноцветных крупных бабочек, они были сделаны из стекла, покрашенного перламутровыми переливающимися красками. На улице накрыли несколько столов, и чего на них только не было: фирменные морковные котлеты Агафьи в виде разных животных: медведей, волков, зайцев, котов. Оладьи из разных овощей с сыром, десятки видов орехов, выставленных в цветные менажницы- длинные тарелки с несколькими отделениями; пирожные с кремом, украшенные кусочками фруктов; каждый стол венчал торт с пожеланиями именинникам. Соня и Тимофей проснулись одновременно и сразу увидели лежащие на кресле коробки с подарками. Бельчата бросились распаковывать: новое платье для Сони-розовое с зелеными полосками и маленькими вышитыми желтыми розочками у ворота. Костюм-комбинезон для Тима, как он хотел- красно-синий и красная кепка в тон. Музыкальные инструменты- ксилофон, дудка и маленькая гитара. Бельчата надеялись, что им подарят какой-нибудь музыкальный инструмент, но чтобы сразу три! Стопка новых книжек с картинками. Соне брошка в виде стрекозы, почему стрекоза Соня не поняла, но брошка была очень миленькой. Нераскрытые коробки еще громоздились на кресле, поэтому не стала отвлекаться на раздумья, приколола на платье брошку, и решила позже спросить маму. Тим потянулся к самому длинному свертку- складная удочка! Еще ему достались часы, а Соне набор для вышивания. Бельчата сидели на полу, все в праздничной упаковке от подарков. Они были счастливы, праздник начался замечательно. В чудесном настроении в обновках они побежали к маме. Дома ее не оказалось, сквозь открытую форточку доносились радостные голоса. Спустившись на улицу, Соня с Тимом попали в лапы многочисленных родственников, желающих обнять бельчат первыми, пожелать самое лучшее, расцеловать и скорее усадить завтракать. Гости уже начали собираться. Только через час именинникам удалось сесть за стол, столько было желающих их поздравить. Начался праздничный завтрак, и мама Агафья объявила первый сюрприз праздника- балет стрекоз. Лес наполнился треском крыльев сотни стрекоз, они летели со всех сторон, часть артистов – музыкантов заиграли дивную мелодию на маленьких скрипочках, а остальные начали танцевать. Стрекозы выстраивались в замысловатые фигуры, линии, дуги, каскадом обрушивались вниз, взлетали закрученными вихрями в небо. Сначала Соне казалось, что танец ничего не обозначает – чарующее зрелище переливающихся в лучах солнца разноцветных крылышек, замысловатые узоры танца, красивые синхронные движения многочисленных танцоров. Потом началась история – самая настоящая. Соня не догадывалась, что в танце можно показать историю, которая будет понятна зрителям. Это была история жизни одной стрекозы, которая мечтала быть счастливой, любить, танцевать, дружить с кем она хочет, проводить время со своими друзьями. Но это почему-то не нравилось нескольким черным стрекозам. Они мешали ей, старались перетянуть в свою компанию. Маленькой стрекозе много раз почти удавалось улизнуть от преследователей, каждый раз они ее догоняли, тянули к себе. Зрелище завораживало, от сочувствия стрекозе у Сони защемило в груди. Стрекоза не понимала, почему ее преследуют, зачем именно она нужна черным стрекозам. Почему они не могут обойтись своей компанией, а ее оставить с теми, кого она любит. Многие зрители плакали, так было жаль маленькую стрекозу. Возможно, в ней было что-то особенное, за что ее преследовали черные стрекозы, а может быть это была игра случая. Зрители сидели, затаив дыхание. Одной лапой Соня держалась за свою брошку. Маленькой стрекозе повезло, когда она уже совсем изнемогала, к ней на помощь прилетела стайка стрекоз, таких же светлых, как она, они забрали ее с собой. Черные стрекозы, пострекотав крыльями, улетели прочь. Это был счастливый конец, но Соня не улыбалась, настолько мучительный и долгий был путь маленькой стрекозы к свободе, к тем, с кем она хотела летать. Соня вспоминала слова крота Артема, когда он говорил о своей мечте, о том, что нельзя сдаваться, и надо идти к своей мечте, несмотря ни на что. Надо быть с теми, кого любишь, -думала Соня, и даже если весь мир против твоей мечты. Нельзя позволять другим распоряжаться твоей жизнью, запугивать тебя, насильно удерживать. Быть с теми, с кем тебе хорошо, кто похож на тебя, разделяет твои идеалы, с кем тебе легко и приятно. Надо прожить свою жизнь, занимаясь своим делом, не подавлять свои интересы и потребности в угоду черным стрекозам. Наполнить себя светом и радостью, любовью к себе и близким, и тогда твой полет и твоя жизнь будет благословлением для этого мира, для твоих друзей и любимых. Тогда тебе будет легко и интересно жить, творить, летать. И даже если в темные минуты кажется, что надежды нет, нельзя сдаваться и унывать, надо лететь к своим, даже если все небо заволокли тучи из черных стрекоз. Каждый имеет право на счастье и любовь, на свой танец. Черные стрекозы будут уверять, что нет никаких прав, и счастья не существует. Верь в себя, твори добро, и солнце засияет, и жизнь наполнится радостью, любовью, смыслом. Так думала Соня, глядя на завораживающий танец стрекозы. Каждый из зрителей думал что-то свое, но эта история объединила всех, заставила почувствовать себя одним целым, одним организмом, одним лесом, состоящим из множества отдельных жизней, но соединенных между собой, танец одного был частью танца всех. Счастье одного было необходимой частью жизни каждого жителя леса. Даже самый маленький житель влиял на весь лес, был нужен лесу. От его стойкости, уверенности в себе, стремления к своему счастью, свободе зависел весь лес. Не было лишних или не нужных, не было забытых. Был один лес, переливающийся разными жителями, заботящийся о каждой жизни, любящий и горячо любимый лес. Это было самое лучшее начало праздника Сони и Тимофея. Соня знала, что не забудет эту историю никогда. Она останется с ней на всю жизнь. Соня выбежала из-за стола, подошла к маме и обняла ее.

-Мамочка, спасибо-спасибо за такой подарок!

-Тебе понравился балет. Милая?

-О, конечно!

-Прекрасно я тоже полюбила балет с первого раза и на всю жизнь. Это у нас семейное.

Агафья поцеловала дочку и отправила к гостям. Праздник только начинался. Гости прибывали, встречали знакомых, разбивались на кружки, обменивались новостями, смеялись, некоторые танцевали. Больше всего зверей толпилось вокруг столика, за которым расположился крот Анатолий. Он привез несколько монет из коллекции. Чтобы звери могли увидеть драконов раньше, чем они появятся в музее. О находке знал весь лес.

Почему они исчезли? Куда отправились? Можно ли рассчитывать, что драконы вернутся? Хотя бы один? А как наладить с ними связь? Ведь жителям леса столько всего необходимо обсудить с драконами. Вопросы сыпались со всех сторон. Крот пускался в рассуждения, звери ахали от удивления, разглядывая портреты диковинных созданий. За разговорами, шутками, веселым застольем пролетел день, а вечером, когда зажглись светлячки, все пошли на озеро Светлое кататься на лодках. Озеро было недалеко от Большой поляны, в получасе ходьбы. Озер было два: Светлое и еще одно. Если пройти по тропинке от Большой поляны через пасеку медведя Гаврилы мимо поля с овощными грядками нескольких заячьих семейств, потом через березовый лес — выходишь прямо на Светлое озеро, вокруг него расстилаются цветочные поляны, летом полные дикой земляники. Светлое Озеро было таким большим, что на нем одновременно могло плавать сотня лодок, и никто не мешал друг другу. Многие звери держали на этом озере свои лодки, особенно те, кто любил рыбалку. Но были и общественные лодки, ими заведовали выдры, следили за состоянием лодок, вовремя чинили и окрашивали. А второе озеро называлось Темное. Если пройти от Светлого влево через земляничную поляну в хвойный лес, то через несколько шагов, плотно окруженное высокими елями, темнело водами второе озеро, не очень большое, всегда в тени деревьев, закрытое ими от солнечных лучей, оно было мрачным и пугающим. На нем жило несколько малообщительных уток, которые улетали на зиму в теплые края, а летом обитали на Темном озере. Они даже с выдрами почти не общались, только по важным вопросам, касаемых их водоема. Темное озеро в лесу недолюбливали, рассказывали про него много страшных историй. Соня слышала, что на Темном озере пропала однажды пара белок, решили на нем порыбачить и так и не вернулись домой. Но сегодня о Темном озере никто не вспоминал. Звери загружались в лодки, рассаживаясь по трое- пятеро, в зависимости от величины лодки. С собой у всех были пакеты с провизией, есть никто не хотел, но Агафья решила, что после прогулки до озера, во время катания приятно будет отведать бутерброд с соленым огурчиком или кусочек мармелада, кто что любит. Лодки одна за другой отчаливали от берега, над озером зажглись праздничные гирлянды со светлячками. Звучала музыка, подошел лесной оркестр, возглавляемый известным маэстро котом Федором, кот приехал в Зачарованный лес из далекой Греции. До него в лесу оркестра, можно сказать, не было, несколько любителей музыкантов иногда собирались вместе поиграть сочинения местного, любимого всеми, композитора соловья Ромы. После приезда Федора все изменилось. Он занял одно из общественных зданий, до этого пустовавшее, когда-то в нем играли зимой в футбол волки, большие любителя этого спорта. Другие звери предпочитали зимой заниматься спортом на свежем воздухе: лыжи, коньки и хоккей. А летом играли в футбол на специальных полянах с ровным газоном. Федор пригласил в пустующее здание всех музыкантов леса и начал с ними заниматься каждый день. До этого звери играли время от времени на праздниках, днях рождениях, иногда музицировали для себя, всего музыкантов было около двадцати, но обычно собирались в неполном составе, по трое, редко семеро. Федор настоял, чтобы репетировать — играть на инструментах каждый день приходили все. Звери сначала не хотели бросать привычный жизненный уклад, у многих были семьи и много дел по хозяйству. Федор настаивал. Звери сдались, начались долгие недели и месяцы репетиций. Оркестр, а это уже был без сомнения полноценный оркестр, выучил много концертов, симфоний, полек и вальсов. Один из музыкантов где-то через полгода заметил, что Федор не выходит на улицу, целыми днями он репетирует то с один музыкантом, то с другим. Ест прямо в зале и спит на раскладушке. Спросили у кота. Оказалось, так и есть, Фёдор как въехал в лес, получил у Совета двенадцати ключ от здания, так и не выходил наружу- полгода! Звери-музыканты были в шоке, они, конечно, знали, что их обожаемый маэстро кот- трудяга и фанат музыки, но чтобы полгода не покидать четырех стен- это было слишком. Они взяли над любимым дирижером шефство, начали с ним гулять, выводить на улицу. Сначала кот артачился и упирался, говорил, что это потеря времени, которое он ворует у музыки. Затем сдался, начал гулять, ходить в гости к музыкантам в их дома, подружился с их домочадцами и друзьями. И наконец, завел собственный домик на удаленной лесной поляне, окруженной высокими кедрами. Оркестр начал выступать, давать регулярные концерты, как на общих лесных праздниках, так и в здании, где репетировали. На концерты выставляли ряды скамеек для слушателей, а некоторые любители музыки приходили со своими складными стульями. Играли музыканты чудесно, гости из города, побывавшие на концертах лесного оркестра, начали приезжать специально, чтобы послушать концерт –вот такой был оркестр в Зачарованном лесу. Через год кот Федор договорился с Советом леса и в здании перестроили крышу, раньше это была обычная двухскатная крыша, как у большинства домов в лесу, а Федор заказал купол. Кот сказал, что купол необходим не только для акустики, чтобы музыка звучала особенно чарующе, но и для магии-волшебного воздействия на слушателей. Кот Фёдор любил повторять: «Я тогда доволен, когда звери войдут в зал слушать музыку через дверь, а выйдут через купол». Музыка возносит слушателя в небеса, вот что имел в виду кот Федор. И те, кто любил музыку, признавались, что после концерта оркестра кота Федора, с ними так и происходит. Рассказывали истории, что во время игры оркестра в лесу часто гас свет. Во всем лесу перегорали лампочки, у кого было электричество, или одновременно засыпали все светлячки, кто пользовался услугами светлячков для освещения своих жилищ. Почему так происходило никто не знал. Возможно, сила музыки оркестра под управлением кота овладела стихией света, и та ей подчинилась. А может быть волшебство звука-стихия звука поглощала все остальные стихии, они просто на время переставали существовать, чтобы не мешать царить звуку. Ощущения, запахи, свет- все пропадало, гасло, уступало звуку. Кот Федор был очень загадочной личностью. Он всегда носил черную одежду. Был сама элегантность. Весь Зачарованный лес любил своего маэстро, а уж оркестранты считали его своим самым близким другом. После приезда Федора жизнь каждого музыканта изменилась, днем они репетировали, вечерами выступали, а ночью иногда у них были праздники. Они приглашали к себе интересных зверей из леса и даже из города –замечательных личностей. Те читали оркестрантам лекции про то, что умели делать сами лучше всего – про научные открытия, как сочинять стихи или быть акробатом, рассказывали загадочные истории о своих путешествиях. Иногда музыканты учились чему-нибудь у таких лекторов: танцу или ассанам йоги, или дыхательной гимнастике. У оркестра была своя, насыщенная интересными событиями жизнь.

Вот такой оркестр играл на празднике Сони и Тимофея. Мама Агафья договорилась, чтобы сегодня играли вальсы, и чарующая нежная музыка расстилалась над озером и возносила своих слушателей под купол, самый фантастический купол в мире –в небеса. Все разговоры стихли, слышен был лишь тихий шелест от скользящих лодок по водной глади озера. А когда совсем стемнело, на небе показалась луна, оркестр сыграл последний вальс, лодки одна за другой причаливали к берегу, звери обнимались, никто не хотел говорить, нарушать тишину и сказку, подаренную им музыкой. Так закончился праздник Сони и Тимофея. И еще долгое время звери вспоминали, какой это был волшебный день и вечер. Даже сама природа праздновала вместе со зверями, небо подарило необыкновенно красивый закат-фиолетовый с голубыми всполохами. Некоторые любители живописи потом по памяти рисовали этот закат, и у многих получились замечательные картины.

Глава 8 Удачная рыбалка

Несколько дней спустя трое неразлучных бельчат решили пойти на рыбалку. Мама с утра занималась своим подвесным садом. Сад располагался не только между веток родной лиственницы, на которой жило семейство белок, но ящики с растениями, подвешенные на толстые канаты соединяла лиственницу с соседними деревьями. Конструкция была красивой, воздушной, необычной, да и как иначе, подвесной сад сделал для мамы ее Стив- известный архитектор. Это были подвесные мосты, на которых стояли накрепко закрепленные кадки и длинные ящики с растениями. Любимым растением у мамы были ореховые деревья. Несколько кадок Агафья выделила под лианы, длинные вьющиеся стебли с листьями оплетали всю конструкцию подвесных мостов, с земли мостов было не видно, лишь причудливые формы разросшихся лиан. Лианы иногда цвели мелкими белыми цветами по запаху напоминавшими жасмин, и как у жасмина через несколько дней цветки меняли цвет на нежно розовый, а затем бордовый. Соне очень нравилось бегать по цветущим живым подвесным мостам. Агафья посещала свои сады ежедневно, всегда требовалось или подрезать кусты, или прополоть –выдернуть проклюнувшиеся в земле сорняки, а любимым занятием был сбор урожая-несколько раз за год. Соня не очень интересовалась садоводством, а Тимофей и подавно. На одном мостике бельчата поставили два раскладных стула, повесили на веревку ограждение-полку и частенько пили там чай. В зелени лиан и ореховых кустов, они были скрыты ото всех, это было их место. Знала о нем только мама и Леня. От Лени у них не было тайн. Кроме той ночи- приключения, которое они пережили с летучей мышьей Кирой. Почему-то брат с сестрой не хотели рассказывать об этом никому. Есть такие моменты в жизни, которые хочется оставить только для себя и разделить с теми, кто был рядом и пережил то же на собственном опыте. Эти переживания настолько необычны, глубоки и важны, что словами их не передать, можешь расплескать что-то неописуемое, что осталось в тебе после этого опыта. Соня с Тимом не раз пытались отыскать Киру, у кого только не спрашивали про нее. Многие мыши знали и называли ее адрес- летучая мышь жила неподалеку, но каждый раз, когда бельчата приходили- в ее домике никого не было, а соседские птицы и летучие мыши лишь пожимали плечами и говорили, что, возможно, она улетела навещать родственников, ее родная тетка жила в Праге, в каком-то мистическом месте-пещере рядом с городом. Якобы в этой пещере много веков собирались на свои сходки местные ведьмы, а тетка Киры с детства тянулась к волшебству. Любовь к тайнам и загадочному у Киры было семейное. Бельчата оставили под дверью Киры несколько записок с просьбой навестить их, когда она вернется. Они надеялись разгадать тайну танцующих шаров рано или поздно.

Вернемся в наше утро. Агафья занималась своими садами, бельчата сделали себе по бутерброду с ореховым маслом, собрали корзинку с сухофруктами, которые обожали, Тим любил финик, Соня инжир, а Леня курагу, прихватив удочку Тима и предупредив маму, спустились к ожидавшему их на земле Лене, который стоял с двумя бамбуковыми удочками и свернутым ковриком, подвешенным за лямку на плечо. Немного поспорив, решили пойти на Светлое озеро, бельчата не были на нем с Каши, а в ближайших речках удили рыбу почти каждый день. В речках водились маленькие караси. Мама Агафья жарила их на обед или делала из них вкусные пирожки. А лишнюю рыбу бельчата отдавали волку Диме, с которым поддерживали дружеские отношения. Жизнь у волка со времени их знакомства совершенно переменилась. Дима увлекся драконами, выписал себе из города массу книг про драконов и читал их запоем. Собирался продолжить с кротом Артёмом археологические поиски в Зачарованном лесу. Крот уже уехал на международный слет археологов докладывать о своей находке, но к середине лета обещал вернуться в Зачарованный лес, а Дима тем временем читал о драконах и сидел в местном музее- изучал древние книги про Зачарованный лес, намечал карту древних построек и самых старых деревьев, раздумывая где еще могли сохраниться следы пребывания драконов. О своем противостоянии с зайцами Дима напрочь забыл, вернее не обращал больше на зайцев никакого внимания, так был увлечен новыми занятиями. Зайцы, надо признаться, такого поворота во взаимоотношениях не ждали, каверзы свои если не оставили вовсе, но сильно сократили боевой пыл, да и какой интерес строить западни волку, который сидит, уткнувшись в книжку, а если и выльется на него ведро с водой, установленной зайцами над его входной дверью, то только отряхнется и бежит к своим книгам. Никакой ответной реакции. Зайцы решили выждать, надеясь, что увлечение волка пройдет, и он снова станет страдать и ругаться при виде их проделок.

По дороге на Светлое озеро Леня рассказал друзьям новость, которой поделился пролетавший утром мимо его окна знакомый ворон. Ворон был не прост. Звали его Альфред, он был иностранец, родился где-то в центральной Европе, носил на лапе кольцо в виде ворона от известной фирмы Лалик, имел обширные знакомства за границей и любил читать в лесу лекции про то, как живут звери в разных странах, приводил часто примеры из собственного опыта, много путешествовал. Альфред с утра поведал о своем знакомом вороне, проживающем в Китае.

Тот ворон был в юности монахом, увлёкся буддизмом, ушел из семьи и жил в монастыре-медитировал. Погружался в себя и совершал в уме астральные путешествия- они были как сны, только очень яркие. По яркости и чёткости они превосходили бодрствующее состояние. Ворон искал ответы на сложные жизненные вопросы: кто он? Зачем он родился? Зачем живет? Надеялся в астральных путешествиях найти ответы на свои вопросы – самому или встретить мудреца. Встретил ли мудреца, знающего все на свете или нет, знакомый Альфреда не уточнял, но монастырь покинул и стал помогать зверям- консультировать в сложных жизненных ситуациях. Когда не знаешь, что делать в жизни, какой вариант из возможных выбрать. Вероятно, что мудреца ворон встретил, иначе откуда бы он знал, что делать другим, запутавшихся в жизненных перипетиях. Знакомый Альфреда недавно медитировал у себя дома вечером после работы. Отправился в астральное путешествие, летал высоко в небе над облаками, когда увидел множество летательных аппаратов, их были сотни, они летели и сбрасывали на землю бомбы. Бомбы падали одна за другой на землю, но не взрывались, а с тихим хлопком куда-то погружались. Ворону стало очень любопытно, почему такие большие бомбы ни одна не взрывается, и куда они падают- в болото что ли? Все до единой? Ворон переждал, когда летательные аппараты исчезли из виду и спустился на землю. Подняв голову, он увидел несколько медленно спускающихся бомб. Рядом с местом, где ворон приземлился, стояла мишка панда со своим детенышем-маленьким сыном. Одна из бомб с тихим хлопком влетела в панду и осталась в ней. Ее сын увидел это и горько заплакал, а его мама ничего не заметила и продолжала, будто ничего не произошло, рассказывать историю. Ворон видел еще несколько бомб, которые погружались в зверей, и те тоже ничего не замечали. Еще ворону показалось, что бомбы знают, в кого именно надо попасть. Почему, зачем, что это обозначает, ворон не понял. А наутро в Китае началась эпидемия странной болезни, которой болели не все, но те, кто заболел – болели тяжело и лекарств от этой болезни не знали. Такую страшную историю передал Альфред, получивший письмо накануне. Леня даже не стал завтракать, сразу побежал к друзьям-обсудить, чтобы это могло значить. Соня сразу достала несколько кусочков кураги.

-Леня, ешь скорее, как можно голодным уходить из дома.

Тим рассмеялся,

-Ты- вылитая мама, она с такой же интонацией это говорит. Вскоре смеялись все трое. Страшная история- страшной историей, а завтрак никто не отменял.

-Леня, врачи обязательно найдут лекарство от этих бомб-болезней. Я думаю, что наша прабабушка Серафима знает, что может помочь. Пусть Альфред ей покажет письмо своего приятеля, она найдет средство, вылечит она их китайских панд. Так и решили, что после рыбалки Леня навестит Альфреда и посоветует обратиться к Серафиме, все знали, что она может вылечить любую болезнь.

Приближаясь к Светлому озеру, бельчата увидели, что поляна перед озером покрылась синими распустившимися колокольчиками, Соня сорвала один цветок-самый большой, синий-синий, перевернула его шляпкой вниз и надела вместо панамы. Леня не сводил с нее глаз, так ей шел синий цвет шляпы, ее глаза сделались ярче и начали отливать синевой-это было необыкновенно красиво. Леня стал за собой замечать, что ему нравятся разные цвета, их разглядывать, запоминать, сравнивать. Вечером перед сном он рисовал картины, иногда это были знакомые места, звери или предметы, иногда просто линии, зигзаги, странные фигуры перетекали одна в другую перед его глазами, цвета втекали один в другой, менялись, создавая необыкновенную игру форм и цветов, как будто Леня крутил перед собой калейдоскоп. У него была такая игрушка. Но калейдоскоп был маленький и цветных стеклышек в нем было мало, а Леня мог видеть десятки цветов и оттенков. Ему казалось, что он может раскрасить ими весь лес. Сейчас синий колокольчик преобразил Соню, и Леня подмечал эти изменения. Тим же рассмеялся, увидев сестру в шляпке-цветке. Не смотря на раннее утро, любителей рыбной ловли на Светлом озере было предостаточно: семейство барсуков, несколько зайцев, поодаль сидел одинокий лисенок, не отрывая глаз с поплавка своей удочки. Тут и там слышались голоса, пара бурундуков на берегу играла с мячом.

-Ребята, а не пойти ли нам на Темное озеро, здесь столько зверей, они нам всю рыбу перепугают, -предложил Тимофей.

-Тим, страшно же. Помнишь, на нем звери пропадали.

-Соня, да мы же втроём. Как мы вдруг все трое пропадем? Пойдёмте! И бельчата отправились на Темное озеро. Оно было совсем близко, но словно в другом мире. Пройдя через плотно растущие ели, Соня даже вскрикнула, так неожиданно перед ними возникла мерцающая черная гладь озера. На озере не было ни души, даже местные утки куда-то улетели. Бельчата прошлись по берегу, поодаль нашли удобную корягу, расстелили на нее Ленин коврик, надели на рыболовные крючки приманку и закинули удочки. Клева не было, сидели почти час, переглядывались, показывали друг другу недоумевающие выражения лиц. Наконец, Леня с Тимофеем начали вытаскивать небольших окуньков –одного за другим, быстро наловив с десяток, бельчата решили возвращаться домой обедать. Утешали разочарованную Соню, обычно она была удачливым рыбаком, а на этот раз ее поплавок мирно раскачивался на воде, ни разу даже не мигнув. Стали собраться, сворачивать снасти, Соня попыталась выдернуть свою удочку, но крючок за что-то зацепился, попробовав раз –другой, Соня протянула удочку брату. Тимофей, подёргав без толку удочку, решил нырнуть, леску рвать не хотелось, дома запасной не было, катушка с леской только что закончилась, а идти в лавку на новой было далековато.

-Соня, я сейчас быстро нырну и отцеплю крючок, он не может быть глубоко.

-Тим, ты чего? Это же Темное озеро. Не думай даже! Соня с Леней не успели удержать бельчонка, Тим, скинув рубашку и шорты, уже был в воде, нырнул и пропал. Соне показалось, что прошло много времени, через минуту Леня сдернул свой комбинезон и только собирался прыгнуть за другом, как над водой показалась мокрая голова Тимофея. В руке он держал что-то крупное, облепленное водорослями, к этому предмету тянулась леска Сониной удочки. Вылез на берег, отряхнулся, попрыгал на одной лапе, тряся головой, вода попала в ухо, быстро натянул на мокрую шерсть одежду. Соня с Леней рассматривали ком водорослей, не понимая, что это: кусок коряги, камень.

-Давайте отчищать, мне до ужаса интересно, что я вытащил. В воде я думал, что коряга, а когда вылез, понял, что тяжеловато для дерева. Леня достал складной ножик-открывалку, брелок от ключа, очищали молча. Соня успела прийти в себя, ее прямо трясло от страха, когда Тим долго не выныривал. Через несколько минут перед бельчатами лежала грязная в остатках тины, но вполне узнаваемая вещь-бутылка. Хотя привычной-то она была для кухни, например, Агафья хранила в таких разные масла. Да и то, в таких да не в совсем. Форма у бутылки была странная. Слишком выпуклая, а горлышко совсем не высокое.

Странная была бутылка – не обычная. И по-видимому не стеклянная, впрочем, под водорослями материал было не опознать. Стекло, глина, что еще это могло быть?

-Сосуд какой-то необычный,-резюмировал Тим.

-Закрытый. Может быть в нем вода.

-Почему вода, Тим?

-Ну, не знаю. пришел рыбак, взял с собой воду попить, да и уронил бутылку в воду. А лезть за ней в озеро поленился, зачем, если там простая вода.

-Тим, а что нам гадать! Давайте ножом попробуем пробку отковырять.

Леня забрал из лап друга бутылку.

Сейчас и узнаем, какая там вода. Простая или нет.

Он подмигнул Соне.

Сначала срезал верхний заросший слой пробки, а потом удалось протолкнуть остаток пробки в бутылку. Леня потряс бутылкой.

-Не булькает, ни вода, на просвет ничего не видно, через горлышко тоже.

Перевернув бутылку горлышком вниз, бельчата увидели, что показалось что-то светлое, еще минута и тонкими пальчиками Леня достал из бутылки свернутый в трубочку лист бумаги. Пожалуй, это была даже не бумага, а какой-то материал, похожий и на ткань, и на бумагу. Осторожно развернув лист, бельчата уставились на него. Соня ахнула,

-Не может такого быть.

Перед ними лежала бумага со странными символами, совсем не напоминавшими известные им буквы. Это был незнакомый язык. Вместо подписи стояла печать- изображение дракона с раскрытыми крыльями – точь-в-точь такого, как на найденных монетах.

-Вот тебе и порыбачили,-восхищённо вздохнул Тимофей.

-Вот тебе и не везет сегодня, Соня. Всем бы так не везло. Драконье письмо! Ты представляешь, что с Димой будет! Как бы удар от радости не хватил. Боюсь даже показывать ему.

-Тим, а мы точно ему покажем? Может быть самим попытаться прочитать?

-Соня, да как? Ты имеешь представление, что это за язык? Я таких букв не видел никогда. У папы же много книг на иностранных языках с картинками домов. Я почти все листал, такие буквы не попадались. Где мы будем их искать.

-Сонечка, я думаю, Тим прав. Надо Диме показать, вместе решим, что делать.

-Убедили. Пойдемте скорее домой. Надо до обеда успеть волку показать, а то я есть не смогу, меня прямо распирает от любопытства, что мы нашли?

-Не мы, а ты выловила, удачливая наша!

Смеясь и подтрунивая друг над другом, бельчата пошли домой. Удаляясь от озера, Соня обернулась, ей показалось, что озеро ей улыбнулось, даже нет, ухмыльнулось на прощание. Соня не поняла понравилось ей это или нет, но точно не удивилась. Словно она ждала от озера чего-то подобного. Впрочем, чрез минуту это вылетело у нее из головы, она шла и предвкушала, что скажет Дима, он в теме драконов разбирался.

Глава 9. Бутылочное письмо драконов.

Как бельчата и думали, увидев находку, волк Дима чуть не упал в обморок, совсем как Соня в памятный вечер, сидя на дубе. Схватился за сердце и ухнул всем телом в любимое кресло.

-Мамочки! Да как же так! Почему не я это нашел?! Сонечка, умница! Сейчас-сейчас,-волк суетился, расстилая чистую скатерть, на которую дрожащими лапищами положил, как великую драгоценность, найденное письмо. Вооружившись лупой, разглядывал вполне себе читаемые невооруженным глазом символы.

-Так, так, так! Неизвестный науке язык. То есть мне не известный. Науке, надеюсь известный. А как же мы поступим? Надо срочно оповестить Артема! Сейчас же я срисую письмо и отправлю две копии- ему домой и на конференцию, он в Европе сейчас, хвастается, то есть докладывает об открытии монет.

Волк светился от счастья. Друзья его таким никогда не видели. Он ходил вокруг стола, со всех ракурсов рассматривая находку.

-Что же я вам даже чай не предложил.

Вдруг спохватился гостеприимный обычно Дима.

-Да. Спасибо, Дима, мы обедать идем. Зайдем после.

-Ладно, я тогда переписывать сяду. Хорошо, если письмо застанет Артема на конференции, там же ученые разные, светила, смогут подсказать, что за язык такой. Что эти символы значат. Сразу после обеда возвращайтесь, проверите, правильно ли я срисовал. Я волнуюсь, лапы дрожат, а нужна точность, поможете, если сам не справлюсь.

После обеда бельчата сверили три экземпляра копии. Две волк сделал для Артема, одну для себя, Соня решила, что оригинал тоже лучше оставить у волка, но Дима настоял, чтобы сделать Соне еще одну копию, а оригинал отдать в здание администрации, там, где заседал Совет леса. Так и поступили. Мало ли что может случится, а в здании есть сейф для важных документов. А это историческая находка, как никак. Бутылку тоже сдали, на всякий случай. Занимаясь этим до вечера, бельчата ужасно устали, затемно разошлись по домам, ждать, что напишет в ответ Артем.

Дома Соня сразу побежала на кухню, очень хотелось выпить чаю, выбрала пакетик с рисунком ромашки. Агафья, когда заготовляла чай, раскладывала высушенные травы и листья растений по маленьким пакетам и рисовала цветок или растение, из чего был засушен чайный сбор, что-что, а хозяйка она была отменная. Некоторые белки считали, что ей не хватает романтизма, и она совсем не такая таинственная, как ее бабушка Серафима, но Агафья только посмеивалась над такими умниками, она стояла крепко на всех лапах, хоть на земле, хоть на вершине дерева, даже не подвесном мосту, словом, везде.

Чтобы не бегать в свою комнату, Соня открыла дверцу буфета и сунула в него копию письма, собираясь после забрать его, посмотреть перед сном на символы, вдруг приснится что-нибудь интересное, как кроту Артему.

На следующее утро зарядил дождь, и продолжался целую неделю. Бельчата выбегали иногда из дома, в основном носились по подвесным садам мамы. Даже не спускались на землю. Везде стояли лужи, идти никуда не хотелось. Несколько раз к ним забегал Леня, но оставался ненадолго. Ему подарили альбом для рисования и краски, и он целыми днями рисовал- получалось у него очень хорошо, если бы не мама, он забывал бы даже поесть. Соне с Тимофеем он свой альбом не приносил, боялся, что листы размокнут по дороге, и хотел еще потренироваться прежде, чем показывать свои рисунки- немного стеснялся.

-Что хоть ты рисуешь, Леня? Небось что-нибудь страшное- как падающие бомбы китайского ворона?

-Нет, Тим, такое я рисовать не хочу. Рисование для того, чтобы сделать мир прекрасным. Папа мне сказал, что художники могут спасти мир.

-Как это? От кого его спасать? Кисточкой что ли драться?

-Нет же, Тим, художники творят красоту, которая помогает миру становится лучше, добрее. Зима за окнами, снег кругом, а ты смотришь на картину, на которой деревья с листьями, цветы вокруг, и тебе веселее становится.

-Леня, но есть же фотография? Зачем сейчас рисовать?

-Тим, фотография немного не то. Когда я рисую у меня в душе играет прекрасная музыка, помнишь вальсы на вашей Каше- такая вот. Я думаю, у всех художников так, и если ты посмотришь на такую картину, и сделаешь себя тихим-тихим, без мыслей, без внутренней болтовни – то ты услышишь музыку, которую слышал художник, когда рисовал картину. А фотография — это очень быстро, не успеет у фотографа музыка в душе зазвучать. Впрочем, я сам не фотографировал, не могу судить. Может быть и есть фотографы с музыкой внутри.

Соне было очень интересно слушать такие разговоры. Леня изменился, когда начал рисовать, стал взрослее и спокойнее, добрым он был всегда, но сейчас он был особенным – очень нежным. Соне часто хотелось погладить Леню по голове и сказать ему что-нибудь приятное.

Через неделю небо просветлело, дождь закончился. Выглянуло солнце и за день высушило многочисленные лужи. Бельчата с удовольствием побежали гулять, в лесу было очень многолюдно, всем надоело сидеть дома. Первым делом друзья отправились навещать волка Диму, вдруг ему уже пришел ответ от ученого крота. Дима встретил гостей с распростёртыми объятьями, так он соскучился. Ответ был и замечательный. Крот Артем впал в шок от находки, показал письмо десятку специалистов на конференции. Язык письма никто не знал, символов такие ученые раньше не видели. Ясно, что это был неизвестный науке язык, по-видимому язык драконов. Находка Сони стала сенсацией, почти затмевающей монеты крота, научный мир археологов только о ней и говорил. В Зачарованный лес собиралась приехать целая команда археологов, а еще ждали журналиста из газеты, брать у Сони и ее друзей интервью. Новости были потрясающие. Тим раз сто сказал: «Вау», пока слушал Диму. Соне было приятно, и одновременно она немного волновалась. Она знала, что ее папа часто давал интервью, у мамы была целая папка с вырезками из газет, но папа такой умный, как Соня будет отвечать на вопросы журналиста, не перепутает ли что-нибудь, хотя Тим с Леней будут рядом. Подскажут, если она начнет стесняться или упустит подробности.

Через несколько дней приехали археологи – пятеро, не считая крота Артема, трое кротов и двое енотов -специалистов по отмыванию старинных вещей и расшифровке неизвестных языков. Собрались все на веранде в доме волка Дмитрия, конечно, пригласили бельчат. Археологам было необходимо услышать рассказ очевидцев из первых уст, статья с интервью их не устраивала, мало ли что мог напутать или придумать ловкий журналист ради интересной статьи. Ученым нужны были факты. Соня рассказала, как сидела с удочкой, подробно описала место, и как Тимофей прыгнул, как она испугалась. Леня доложил, как открывал бутылку, археологи даже посмотрели на ножик брелок. Начали говорить о письме и спохватились, что ни у кого не было с собой копии, у археологов копия была, но она осталась в одной из палаток, снова установленных на Золотой поляне, пока археологи решали, где начнут искать следы драконов в первую очередь. Волк Дима оставил свою копию в лесном музее, где работал – читал старые книги про лес, не оставляя надежды отыскать следы пребывания драконов в летописях Зачарованного леса. Получалось, что ближайшая копия имелась в Сониной детской. Еноты и крот Артем вызвались сходить с Соней к ней домой за копией письма, чтобы не прерывать разговор надолго. У Сони гости сразу же были усажены белкой Агафьей за стол попить чаю с булочками из ореховой муки, по боевому настрою хозяйки ученые сообразили, что без чая их из дома не выпустят. Соня в это время искала в комнате письмо. Письма не было.

-Дядя Артем, я не могу нейти письмо. Я точно помню, что приносила его, а потом куда-то положила, забыла куда.

-Соня, посмотри внимательно еще раз, может быть на книжную полку, у вас с Тимошей на ней всегда кавардак- все книги свалены в кучу, сколько раз я просила вас все расставить аккуратно, корешками с названиями наружу. Вот и не можешь найти свое письмо.

Мама села на любимую тему порядка и уюта.

-Подождите, Агафья, -крот Артем успел завоевать расположение хозяйки своим изрядным аппетитом и тем, как нахваливал ее булочки. Агафья с улыбкой посмотрела на гостя.

-Подождите, может быть беспорядок на полке ни при чем. Вспомни, Сонечка, что ты стала делать, придя домой. Все свои шаги, постарайся.

-Так, это же уже давно было. Мы пришли, Тим пошел в свою комнату, а мне захотелось попить чаю, я прошла сразу на кухню. Ой, так письмо не в комнате, я его в буфет положила.

Соня подскочила к буфету, открыла нижний ящик и достала письмо.

-Вот же оно! Соня посмотрела на письмо и замерла. Этого не могло быть. Письмо точно было то самое, она сама с Тимом перерисовывала символы в домике волка, она верхнюю часть письма, а Тим нижнюю, даже рисунок дракона вместо подписи. А сейчас… Да как такое могло быть?

-Мама ты не трогала письмо?

_Сонечка, что с письмом? Намокло? Это же копия, не волнуйся, -крот Артем взял бумагу из рук Сони, посмотрел и недоверчиво взглянул на Соню,-

-Ты уверена, что это то самое письмо?

-Да, это оно.

-Но сейчас текст письма написан на нашем языке. Нет никаких загадочных символов. Дракон на месте один в один, как в моей копии. Все одновременно заговорили и потянулись к письму.

-Друзья, давайте вернемся к нашим коллегам в дом волка Димы,-предложил крот, не выпуская письма из лап. Это будет справедливо по отношению к коллегам.

-Просите, Артем, — возразила Агафья, -а давайте наоборот пригласим ваших коллег к нам. У нас же письмо изменилось или появилось это новое! Не знаю, что именно произошло!

Все были согласны, один из енотов, чтобы не терять время, побежал звать оставшихся у волка бельчат и ученых, и самого Диму, конечно, успевшего завоевать интерес ученых как истовый любитель-драконовед.

Вскоре кухня в беличьем доме была полна гостями, не вполне понимавших, что за мистификация разыгрывается. Все сидели, как на иголках в ожидании объяснений. Крот Артем откашлялся и произнес,

-Друзья и коллеги, я сам не вполне понимаю природу происходящего. Но история с драконами началась для меня, как многие знают, не совсем обычно. А точнее сказать-чудесным образом. Хотя я и ученый и верить в чудеса не мой профиль. А началось все с моего сна. О месте находки монет я узнал от дракона из сна, причем, с которым бился. Хе-хе, в жизни мне драться не доводилось, я рос книжным кротенком. Поэтому я в этой истории уговорил себя ничему не удивляться. До сегодняшнего дня мне это удавалось. Но сейчас случилось сверх странное. Всем нам известная белка Сонечка, которая к истории имеет прямое касательство- на ее удочку попалась бутыль с письмом. Именно она сняла копию с оригинала, который мы все с вами видели утром в здании Совета леса. Копия была переписана даже двумя бельчатами- разными почерками. Потом Соня, по ее словам, положила письмо в этот буфет, интересный экземпляр кухонного шкафа, на мой взгляд, никогда такого не видел.

-Позвольте, Артем,-перебил один из ученых кротов.

-Мы об этом буфете черном с котами, говорим?

-Именно.

-Да, я такого тоже не встречал. Это местное производство, уважаемая Агафья?

-Нет. Вернее, я не знаю. Он мне от родственницы достался. Буфет чудил всегда, если так можно выразиться. На этих котов смотреть долго не рекомендую. Они гипнотизируют. Я-то на картинки не смотрю, коты и коты, что я котов не видела. Мне некогда. А кто смотрит, забывается, может на час замереть и не заметить, как время пролетело.

-Интересный феномен. А вы у родственницы не спрашивали про буфет?

-Нет, муж мой Стив, он архитектор, в городе сейчас на стройке. Он списывался, не знаю даже, что она ему ответила, но видимо ничего важного, он бы со мной поделился. Он и имя художника пытался узнать. Не получилось.

-Так и что же дальше, Артем?

-Положила белочка Сонечка копию в этот ящик с котом с музыкальным инструментом в руках или это не музыкальный инструмент? Да, лучше котов не разглядывать. Что-то в сон клонит. Так, и больше не вынимала письмо, верно, Сонечка?

-Да, дядя Артём. Я и забыла, где оно, вы же помогли найти.

-Да. И когда письмо достали, то есть такое же письмо, написанное двумя почерками, текст сам собой был переведен на русский язык. А подпись в виде дракона осталась на месте, верно?

-Да, дядя Артем. Вы же видели.

-Да. Ты же нас не разыгрываешь, Сонечка? Или Тимофей?

Бельчата замотали головами.

-Мне бы такое в голову не пришло! Да и Тиму тоже, я уверена.

-Что я обманщик? Я, может быть, тоже археологом стану, когда выросту. Я же за письмом нырял, то есть за бутылкой.

-Да-да, ребята, не обижайтесь. Мы просто уточняем.

-Артем, -подал голос Дима,

-Читай, не тяни. Я уже взмок весь, поняли мы все. Чудеса продолжаются. Что еще от драконов ждать! Я их немного изучил. Где драконы-всегда чудеса.

-Согласен, Артем, читаю.

Все задвигались, поставили на столы чашки с чаем.

-Мой дорогой, если ты читаешь это письмо, скорее всего мы уже не встретимся, меня больше нет в том мире, где живешь ты. Тебе передадут бутылку, если это случится, я так договорилась. Этот мир не такой, как ты думаешь. Не такой, как думала раньше и я. Он не совсем настоящий. Вернее, мира два. Даже больше, много больше. Но тех, где бываем мы-два. Верхний и нижний-наш.

В кухне стояла тишина, даже муха Тося сидела на картинной раме, затаив дыхание. Об остальных нечего было и говорить.

-Все решается в верхнем мире. Там мы живем-настоящие. Там договариваемся, что мы будем делать в нижнем. В нашем привычном мире. Так вышло, что я начала видеть верхний. Встречаться с разными людьми, учителями. Теми, кто уже не живет в нижнем мире. Ты тоже, как и все драконы, живешь в верхнем мире, но не помнишь об этом. В верхнем мире ты совсем другой. Я люблю тебя таким, какой ты в верхнем мире –добрый, честный, искренний, ни слова лжи и притворства. Ты иначе относишься ко мне в верхнем мире –больше ценишь. В нижнем мире мы долгое время были вместе – но мы чужие. Мы не говорим друг другу то, что думаем и чувствуем. В нижнем мире мы почти не разговариваем. Только по делу. Еще в верхнем мире я встретила драконов, с которыми хочу быть вместе. А в нижнем мире мы не можем быть рядом. Все сложно, мой дорогой. Ты не сможешь мне поверить, подумаешь, что я заболела или обманываю тебя. Обнимаю, я иду к тем, с кем хочу быть рядом. К таким же, как я, к мостам между мирами. Прощай.