Глава 21. Фома

Обедать решили в Греческом павильоне, построенном в виде античного храма с рядами высоченных колонн. Белоснежный, величественный, прозрачный, устремленный в небеса. Плоскую крышу храма венчал ряд статуй со сценами из греческой мифологии. Соне мама читала в детстве мифы древней Греции, Соня тогда полюбила богиню Артемиду, про нее говорили, что она была охотницей и убивала оленей. Но Соня знала, что это была не правда. Ее Артемида никого не убивала, а если убивала, то только ту часть зверя, которая была злой, не хотела меняться, не давала своему владельцу быть счастливым и любящим. Соня была уверена, что поняла все про свою богиню правильно. Они тогда поспорили с Тимом. Соня вздохнула, вот с кем сейчас бы поговорить. Брат знал о Соне все, почти все. Он не знал о ее видении сферы, не знал много о ее любви с Леней. И Леня не знал о ней все. И Полина, и, конечно, мама. Кто же о ней знал все? Разве что та, что сегодня назвала ее истинным именем и отказалась отвечать на ее самый важный вопрос. А ее совет. Пожалуй, она обсудила бы его с Фомой. Полиночка очень ей близка, но некоторые мысли, волновавшие Соню, подругу только пугали. А с Фомой –можно, с кем-то же ей надо делиться сокровенным, пока Тим не приедет в город.

В Греческом павильоне друзья прошли на отрытую веранду и заняли столик с видом на небольшое искусственное озеро, оформленное в греческом стиле под разрушенный от времени античный храм, по бокам озера стояли прекрасные статуи и части колонн, на воде плавали лилии и еще какие-то водяные цветы, названия которых Соня не знала, в их лесу таких цветов не было.

Фома с Полиной заказали морскую рыбу и мороженное, а Соня греческий салат и пирог с вишней. Все были полны впечатлений, и еда была такая вкусная, что разговаривать не хотелось, подошедший официант предложил нашим друзьям присоединиться после обеда к празднику Посейдона, который проводился как раз на озерке, расстилавшемся перед ними. Все с радостью согласились. После Египетского павильона с его тайнами и историями, поплавать в озере среди прекрасных цветов, лучшего и не могло быть.

На выходе из павильона взяли в аренду купальные костюмы, переоделись и побежали славить Посейдона. Звери кружились на воде в замысловатых танцах, слушали речь Посейдона, сидя на разрушенной колонне, смотрели спектакль –комедию про непослушного сына Посейдона, которого отец послал построить на Земле город, а он решил совершить другой подвиг, какой именно в комедии не говорилось, упоминалось про большую любовь, которая увела сына Посейдона с намеченного грозным отцом пути. Праздник заканчивался раздачей памятных сувениров- подвесок для дам и брелоков для их кавалеров в виде рыб, внутри пустой рыбки были свернуты бумажки с предсказаниями.

-На предсказания нам сегодня везет!

-Полечка, это все зеленый луч. Он очень любит будущее, зелёный луч юный, он стремится к росту и думает только о будущем. Это его слабость. Но тот, кто возвращает себя в настоящее в зеленом луче, получает лучшее будущее.

Друзья зашуршали бумажками, разворачивая очередное предсказание. Соня с нетерпением раскрыла свою бумажку: «Твоя богиня больше не в Греции, она превратилась в кошку и ушла в Египет. Верь кошкам.» и странная подпись «мы будем любить друг друга в следующей жизни — Серфей, сын Посейдона». Соня задумалась. Этого она никак не ожидала. За один день узнать свое истинное имя и имя возлюбленного из будущей жизни. Если еще вчера у нее оставалась тень сомнения в правоте своего выбора, то сегодня она понимала, даже если она ошиблась и ей не нужно было уезжать из Зачарованного леса, ее не бросили, ее ведут, а значит все на своем месте.

Полина вытянула рыбку с предсказаниями: «Сделай счастливым того, кто тебя любит. И я сделаю тебя счастливой» и подпись Посейдон. А Фома вытянул: «Следуй за ней. Если решишь пойти другим путем, не возвращайся в Большой город.» и вместо подписи непонятная клякса, бумажка намокла.

В парке начало темнеть, зажглись многочисленные фонари, наши друзья решили возвращаться домой. Они были полны впечатлений и валились от усталости с лап.

-Соня, ты хоть раз удивилась сегодня?

-Полечка, да я так благодарна вам с Фомой, я не забуду этот день никогда. Я уверена, что полюблю город, в котором у меня есть такие друзья, и где за один день проживаешь целую маленькую жизнь. Вези нас, Фома, домой и будем петь песню, которую выучили на празднике Посейдона.

-С тобой, Сонечка, я готов петь хоть всю жизнь.

-Соня, что ты сделала с нашим холостяком- соседом? Если так пойдет дальше, через неделю он признается тебе в любви.

-Что ты, Полечка, я сделаю это гораздо раньше!

Соня с Полиной так устали, что, приняв душ, сразу пошли в кровать.

-Он тебе нравится, Соня, по-моему, он серьезно увлекся?

-Нравится, Полечка. Даже очень. Он такой умный, внимательный и глубокий. И очень искренний, у меня чувство, будто я давно с ним знакома.

-Так бывает, когда встречаешь важных для себя людей, мне бабушка говорила.

-Уверена, что она права. Я хочу дружить с Фомой.

-Это понятно. Но он тебе по-особому нравится? Как Леня?

-Да мы же с Леней почти с рождения знакомы, а с Фомой один день.

-Ну и что. Бывает же любовь с первого взгляда.

-Бывает, наверное, а ты так влюблялась?

-Я же еще маленькая, игривая синица, я увлекаюсь, потом передумываю, увлекаюсь другими. Я не влюблялась по-настоящему, ты же знаешь, Сонечка. Так уж я устроена.

-Ты полюбишь.

-Когда-нибудь полюблю. Тетя тоже так говорит. А пока – хорошенько выспимся. Завтра я тебя утащу в Старый город и никакие авторитеты в халатах не сдвинут меня с моего плана. Посмеявшись, подружки провалились в сон. А под утро Соня услышала во сне голос. Он сказал: «Тебе надо закончить школу». И она резко проснулась.

С Фомой подружки договорились встретится утром в бассейне. Когда девушки поднялись на крышу бассейна, Фома уже их ждал, плавал по дорожке. Он сразу подтянулся на руках и выскочил на бортик из бассейна.

-Доброе утро, моя дорогая соседка Полиночка и Прекраснохвостая. Сегодня я молчу и выполняю все ваши пожелания, как послушный джин. Но только сегодня. Завтра я поведу вас в дом мод, я взял в редакции билеты на показ мод. Журнал «Писк моды» будет освещать событие, но фотограф, к счастью, не я. Я буду сопровождать двух красавиц и модниц.

День обещал быть ясным, Фома занял у соседа машину на несколько дней, друзья быстро доехали до Старого города и пошли гулять. Соня помнила слова папы, что в Старом городе нет двух одинаковых домов. Так оно и было. Поколения архитекторов в течении сотен лет воздвигали диковинные здания во всех мыслимых стилях. Низенькие домики в русском стиле сменяли трехэтажные терема. Рядом высились резные ворота арабских вилл, строгая классика английских и французских особняков. Город славился своей торговлей, открытостью. Звери со всего мира приезжали сюда в гости, и оставались, полюбив город. Когда город вытянулся вдоль реки на длину, превышающую разумность одного поселения, перекинули мосты и начали строить Большой на другом берегу реки. Но это случилось не так давно.

Большой был современным городом типовой застройки, удобным для проживания, но без истории, богатой архитектуры, аромата старины, разнообразия, запутанности улочек, зданий, которые немыслимы в современных городах, настолько они не от века сего. Соня влюбилась в Старый город сразу и бесповоротно, ей казалось, что невозможно представить города прекрасней. И, возможно, так и было. Гуляя по улочкам города, Поля и Фома встретили старых знакомых- бывших соседей, переехавших в Старый город год назад. Бывшие соседи затянули наших друзей к себе в гости, не принимая никаких возражений, позже к ним присоединились еще гости, вся компания переместилась в кафе, а узнав, что в соседнем ресторане проводят фестиваль креветок и несколько известных поваров готовят блюдо из гигантских креветок, перешли в ресторан. У Сони от новых лиц, имен, помещений кружилась голова. Все звери были красивые, модно одетые, знали, казалось всех жителей города, обменивались новостями о знаменитых личностях города. Соня не знала этих имен и чем знамениты эти звери. Полина и Фома были в своей стихии, они знали всех, смеялись, обменивались новостями со всей компаний, наслаждались креветками и приятной беседой. Соня была смущена, неужели она когда-нибудь сможет узнать всех этих знаменитых зверей, уметь так непринужденно болтать с массой знакомых и впервые встреченными зверями. Они такие легкие и умные. Совсем другие, не такие, как мама, волк Дима, Кира или сама Соня. Даже папа не совсем такой, как они. Он свой, лесной. И Фома сегодня другой. Не хуже, нет, но другой. Разошлись поздно, был теплый вечер, город красиво подсвечивался цветным светом фонарей, друзья дошли до машины, и Фома отвез всех домой.

-Тебе не было скучно сегодня, Сонечка?

Соня и Поля готовились ко сну, причесывались, смазывали лапки смягчающим ромашковым настоем.

-Что ты, Полечка, нисколько. Все звери были такие интересные. И разговоры такие умные. Ты слышала, как обсуждали новые книги, я даже авторов таких не слышала. Надо будет взять в библиотеке почитать.

-Я рада, что тебе понравился вечер. А я, Сонечка, ужасно скучала.

-Ты скучала? Ты же так мило беседовала и столько смеялась. Вчера мы смеялись куда реже.

-Вчера, Сонечка, был волшебный день. Ты особенная белка, я это сразу поняла, когда увидела тебя дома в Зачарованном лесу. И Большой город тебе подарил особенный первый день- раскрылся, показал, какой он может быть серьезный и интересный. А сегодня, как тебе сказать, был обычный вечер, пока мы гуляли одни, было очень хорошо, а потом… Они все милые, но даже у меня с ними мало общего, а уж у Фомы, того, каким он стал после драконьего моста- вовсе ничего. А тебе эти звери чужие и так чужими и останутся, я думаю.

-Полина, но почему? Я надеюсь, что как раз наоборот. Эти звери мне станут своими. Я узнаю, о чем они говорят, знаменитостей, авторов модных книг. Я же хочу стать своей в городе, иначе зачем же я приехала? Конечно, посмотреть город, но я думаю, остаться, и полюбить его, как и его жителей всей душой.

-Какая же ты добрая. Сонечка. Я надеюсь, что так и будет, и город тебя обязательно полюбит.

Утром оказалось, что у Полины есть семейные обязанности, ей надо было навестить больную родственницу, Соня хотела ехать с подругой, но Поля возразила, что Соне совершенно не стоит сидеть со скучной хворающей синицей вместо посещения первого в жизни показа мод. В конце концов это ее профессия. И Соня поехала с Фомой вдвоем.

Дом мод находился в Большом, но показ мод устраивали в одном из старинных особняков Старого города, необыкновенно красивом, светло-бежевого камня с черными чугунными кружевными балконами на трех этажах.

-В следующей жизни я бы хотела жить в таком доме, Фома.

-А я думаю, что нет, Прекраснохвостая. Ты бы не хотела. Дом красивый, но он совсем не твой.

-А какой – мой?

-Коварный вопрос. Не скажу.

-Почему коварный?

-Тоже не скажу, это долгий разговор, и я обязательно его с тобой продолжу. А сейчас побежали наверх, мы опаздываем. Они успели перед самым началом. Заняли свои места в первом ряду, сразу погас свет, осветив только длинную дорожку подиума. Зазвучала музыка, почему-то колокольчики, и показ начался. Моделями в Домах мод работали собаки. Они очень любили демонстрировать одежду, конкурсы красоты, отличались поразительным видовым разнообразием. Каких собак только не было. Маленькие и большие, на высоких лапах и на низких, длинношерстные, кудрявые, всех природных окрасов, а некоторые собаки-модели красили шерсть и вовсе в фантастические цвета. Таких оригиналов, как голубка Фаина, было немного, но выкрашенные пряди шерсти в фиолетовый и золотой были скорее правилом, чем исключением. Собаки демонстрировали себя и одежду с нескрываемым наслаждением. Работать моделями было любимым занятием для собак, было до ста желающих на одно место модели в доме мод. Показ, на который достал билеты Фома, был осенне-зимний, мода опережала природу на пару сезонов. Придуманную дизайнером одежду нужно успеть сшить, привезти в магазины и купить. Собаки выходили в пальто, теплых куртках даже в шубках из разноцветного искусственного меха. То, что Соня увидела, поразило ее. Она была маленькой лесной мастерицей, впервые она видела, как мода может быть целой индустрией. Десятки зверей придумывали и создавали новую одежду, творили моду, решали, как будут выглядеть звери в городах завтра. Соня запоминала детали кроя, интересные сочетания цветов, как элегантно струятся ткани на худых, как тростинки, собаках. Полтора часа пролетели незаметно, после показа был фуршет для приглашенных, но Фома утянул Соню за рукав ее жакета на улицу.

-Я эгоист, я знаю, но я хочу с тобой побыть вдвоем. Я кое-что придумал поинтереснее застолья с толпой любителей моды. Я тебя сегодня украду, хочу, чтобы ты увидела это первый раз со мной, а я получу удовольствие, глядя на тебя. Это зрелище тебе понравится больше, чем показ мод, уверен в этом.

–Но, Фома, мне очень понравился показ. Я думаю, что правильно сделала, что приехала. Я хочу научиться создавать одежду не хуже, чем эти модельеры. Я бы хотела еще увидеть показы мод, модные журналы, стильно одетых горожан. Я уверена, что открою в Большом городе свое ателье.

-Уверена, правда? Прекраснохвостая, правда-правда?

-Да.

-Я по-настоящему рад, я боялся, что ты не захочешь, что город тебе не понравится. Я много путешествовал, ты знаешь, но лес особенное место. И ты, Соня, такая белка, что лес не должен тебя отпускать. Но раз так случилось, я только рад. Я хочу показать тебе сегодня ночной Большой город, мы сейчас поужинаем, а как стемнеет, поедем кататься на катере по реке. С одной стороны от нас будет Большой, а с другой Старый город. Гости нашего города говорят, что нет в мире красивее ночной подсветки, чем в нашем городе, и я с ними согласен. Но не буду рассказывать, увидишь все сама, как стемнеет. А сейчас я рассчитываю на откровенный разговор, что ты увидела в Египетском павильоне? Не скрывай от меня, Прекраснохвостая. Я весь, как на ладони, перед тобой с первой минуты, поделился самым важным для меня. Если ты не хочешь со мной дружить и быть откровенной, я пойму, но буду сильно жалеть.

-Фома, да я как раз сама хотела тебе рассказать все. У меня же здесь только Полина, моя сама близкая моя подруга и она замечательная, но есть темы, которые, не знаю, пугают ее что ли, что-то мешает мне говорить с ней о некоторых вещах, а с тобой, я чувствую, что можно.

-Со мной все можно, Прекраснохвостая. Ты даже не представляешь, как я рад твоим словам.

Парочка дошла до кафе под названием Оливия с оливковой веткой на вывеске. Ресторан был двухэтажный, Фома привел Соню на второй этаж, они заказали еду, и Соня начала говорить. Она рассказала Фоме о Зачарованном лесе, о кошке-йогине, о волшебном буфете, который признал ее хозяйкой. О найденных кротом монетах и бутылке. О письме драконов, о том, какие изменения произошли в лесу со зверями после этого письма. И о том, что произошло в египетском павильоне.

-Кое-что я слышал из новостей- о монетах, о том, что ученые надеются полностью расшифровать язык драконов. Но текста письма я не видел. Оно потрясающее и Зачарованный лес так близко, а живем мы, как будто в другом мире. Как такое может быть? Почему такое важное письмо не известно всем? Это же необходимо знать любому зверю, где бы он не жил.

-Не знаю, почему так происходит, Фома. Я думаю, что Зачарованный лес и Большой город не просто разные миры, а каждый зверь-это собственный мир. Иначе, как я могла видеть другую ширму и другого оракула, отличную от того, что видели звери из этой же палатки? Мы живем каждый в своем мире, лишь соприкасаясь с мирами других, но не совпадая полностью. Для кого-то это магия. Для меня реальность. Что ты говорил в парке про творение собственного мира, расскажи?

-Я много читал разных писателей-мистиков. И все они говорят то, что я и сам думаю после моей истории с Драконьим мостом. Мы творим мир силой своих желаний, своими мыслями и мечтами. Мечты и желания могут быть не наши, их нам присылают. Но как только мы берем мысль и начинаем ее обдумывать, мы присваиваем ее, и она разворачивает нам мир. Я мечтаю- я получаю. Не сразу, иногда в измененном виде, но причина моего мира- в моих мыслях.

-А что ты думаешь о совете, который мне дали: «Доверяй, но не верь. Не бойся, но будь осторожна. Не проси, но бери, когда дают».

-Ничего, Прекраснохвостая, я не хочу о нем думать. Не хочу думать о том, что тебе может пригодиться этот совет. Что в твоей жизни могут быть страхи, что тебе нужно чего-то бояться. И не верить кому-то, кто рядом с тобой. О чем-то просить. Я думаю, что это страшный совет. И могу только просить судьбу быть рядом, когда он тебе может понадобиться.

Фома опустил глаза.

-Пойдем, Прекраснохвостая, если я в чем-то уверен, то в том, что река может излечить страхи и печали. Может быть она сможет рассказать нам, что за силы действуют в наших жизнях и как нам узнать, кто мы.

Белки спустились к реке, на одном из причалов отыскали заказанный Фомой катер и поднялись в каюту.

-Не будем прятаться за стеклом, посидим на палубе, Прекраснохвостая, захватим с собой бутылку лимонада, будем сидеть в креслах, пить лимонад и смотреть на ночной город.

Катер покачнулся, отчалил от пристани, развернулся и поплыл по реке. Через минуту у Сони перехватило дыхание. Перед ней вырастали сияющие разноцветной подсветкой дворцы. Величественные шедевры архитектуры – жилища правителей прошлого, просто богатых зверей, университеты и библиотеки, театры, снова дворцы, они поднимались из черной глади воды. Зрелище было завораживающим, оно потрясало, и у Сони вдруг потекли слезы, она сама не понимала, почему она плакала. Она не плакала, когда прощалась с родными, расставалась с Леней, уезжала из Зачарованного леса. Почему сейчас, когда она с новым другом на речной прогулке видит невозможную красоту творения лап зверей, она плачет и не может остановиться. Фома молча сидел рядом. Ему ужасно хотелось обнять и утешить ее, и она была ему благодарна за то, что он этого не сделал. Потом они пили лимонад, мимо проплывали казалось нескончаемые ряды дворцов, особняков, наконец, дома сменились рядами парковых деревьев и лесом. Катер развернулся и поплыл обратно. Это была особенная ночь для Сони. Она в глубине сердца окончательно попрощалась со своим детством, с родным домом и с рассветом была готова войти в свою новую жизнь. Помогая Соне спуститься с трапа, Фома прошептал,

-Пойдем в наше будущее вдвоем?

Соня на мгновение замерла, обняла его за плечи, улыбнулась,

-Вдвоем, Фома.

Глава 22. Новый дом.

Через неделю Соня стала обладательницей узенького в два окна двухэтажного особнячка в Старом городе. Место было замечательное, небольшой палисадник за домом выходил на реку, Соня решила поставить на берегу большую беседку, чтобы можно было в ней ужинать, принимать гостей, а иногда и работать, сидя в окружении деревьев с видом на протекающий поток воды, по которому плыли пароходы и катера. На первом этаже домика Соня планировала открыть ателье, на втором устроила себе небольшую спальню и кабинет. Фома хотел сразу же сыграть свадьбу, Но Соня предложила подождать до осени. Ей хотелось наладить ателье, а если честно, ей очень нравилось, как Фома за ней ухаживал, она влюблялась в него все сильнее, но куда им торопиться. Она пока поживет одна, Фома может у нее иногда оставаться, в те вечера, когда они гуляют до темноты, начинают говорить и не могут остановиться почти до утра. Когда тут возвращаться в Большой. Пока в доме работали мастера-хорьки, меняли обои, плитку в ванной комнате, белили потолки, даже немного подновили кровлю, заменили старые черепички на новенькие, отчего крыша Сониного домика стала напоминать спинку пятнистого жука.

-Через год плитка потемнеет, хозяйка,- важно заявил хорек-бригадир, — станет красиво. Зато дождь не замочит, надо было поменять черепичку, правильно это.

Папа Стив прислал письмо с проектом беседки, и хорек-бригадир сказал,

-Сделаем.

Беседка был чудесная в китайском стиле с затейливой двухъярусной крышей. На одной стороне крыши сидел дракон. Дракона хорек сделать не брался, но твердо обещал,

-Найду, кто вырежет. Будет у вас, хозяйка, дракон.

Соня пока жила у Полины, с утра отправлялась с Полиной на выставки, в картинные галереи, после обеда Соня заезжала в свой дом, следила за ходом ремонта, немного помогала или листала журналы мод, которыми ее завалил Фома. Вечером заезжал Фома, и они отправлялись бродить по Старому городу, иногда катались на лодке, проводили время с его знакомыми и друзьями, несколько раз ходили в театр. Большая балетная труппа была на гастролях, и Соня с нетерпением ждала, когда балет вернется. Она так любила балет стрекоз из Зачарованного леса, ничего не могло быть красивее, чем парящие и кружащиеся в пируэтах стрекозы. В Большом в балете кроме стрекоз выступали бабочки. Можно было только мечтать увидеть их танцы. Соня решила в первый же месяц посмотреть все их спектакли, а потом ходить на любимые. В Старом городе было несколько концертных залов, больших и совсем маленьких, где играли несколько музыкантов. Концерты проходили днем и вечером.

На удивление, дракона для беседки нашла Полина, искала себе редкую куклу для своей коллекции и на аукционе нашла дракона, и даже двух. Одного в виде деревянной вырезанной фигуры с развивающимися крыльями. Мастер-китаец вырезал его и выставил на аукцион. Полина купила его как подарок на новоселье любимой подруге. А второй дракон был на люстре: с деревянным черным туловищем и прозрачными стеклянными крыльями, составленными из многочисленных пластинок стекла, окаймлённых в черные деревянные рамки. На стеклах были нарисованы птицы. Таких люстр когда-то было двенадцать – двенадцать драконов, их сделали для одного китайского ресторана в Чикаго, лет пятьдесят они висели в ресторане, а потом ресторан продали, и новому хозяину люстры стали не нужны, такую люстру Соня купила сама. Она оставалась последней на аукционе и досталась Соне. Люстру Соня повесила в своей спальне. Она пока не жила в доме, но когда приходила, садилась на кровать, включала свет и глядела на парящего под потолком черного дракона с птицами на крыльях.

-Буду ли я здесь счастлива, милый? Дракон покачивался, птицы летели рядом, Соня начинала зачем-то пересчитывать птиц, сбивалась, смеялась над собой и шла заниматься делами. А дел было много: выбрать мебель для ателье и дома, сшить портьеры и накидки для мебели, заказать вывеску, привести в порядок запущенный сад, а сколько всего хотелось увидеть, а вечером приходил Фома. Соня почти не спала в это время, падала на кровать рядом с Полиной, утром бежала в бассейн прогнать сон и уносилась до ночи. Наконец, ремонт был закончен, мебель выбрана и установлена, новоселье отмечено с несколькими друзьями Фомы и Полины, а когда ушли гости, Соня помыла посуду, повспоминала как прошел вечер, отличные шутки Фомы и пошла спать в спальню под качающегося на потолке дракона.

Ей снилось, что она лежит на большой каменной плите, вокруг нее стоят фигуры в длинных одеждах, среди них есть коты и белки. Звучит текст на незнакомом языке, Соня ничего не чувствует, ни страха, ни удивления. Происходит то, что должно.

-Твоя школа началась, Прекраснохвостая.

С утра приехали Полина с Фомой.

-Мы не можем оставить тебя завтракать одну в твое первое утро в новом доме.

-Я рада, Фома! Очень рада! Я как раз собиралась испечь свои первые оладьи в новом доме.

-Никаких испечь! Сегодня особенный день. Мы будем пировать! У нас целый пакетище еды. Посмотри на эти корзинки из песочного теста с ягодами малины, вишни и брусники.

-Произведение искусства, где ты купила такую красоту, Полечка?

-Нашла место в Старом городе, этому кафе лет сто, потомственные мыши-кондитеры. Рядом с университетом. Студенты кафе обожают. Вся выпечка свежая, что не продаётся до конца дня, хозяева отдают бесплатно бедным студентам.

-Замечательные мыши, Полечка. Хочу с такими познакомится.

-Обязательно, Сонечка.

-А почему сегодня особенный день, Фома?

-Это я мужчина могу забыть о таком, а ты Прекраснохвостая помнить и сердиться.

-О каком таком, несносный белк?

-Месяц, как ты приехала в Большой город, и мы познакомились. Мы с тобой вместе месяц.

-Ой, только месяц. Как такое может быть, я прожила не меньше года, а прошел только месяц!

-Это Большой город, Сонечка. Я тебе говорила.

В этом момент раздался звонок дверного колокольчика. На пороге стоял невысокий бурундук в клетчатом строгом костюме.

-Здравствуйте, дорогая. Зашел познакомится, кто думаю, домик купил старого пройдохи воробья Луцика. А тут целое ателье. Удачно, люблю красивую одежду. Что это я не представился. Бурундук Еремей-печатник, ваш сосед справа. Вы, я смотрю, освоились, отремонтировались.

-Проходите, пожалуйста. Ателье еще закрыто, мы с друзьями празднуем новоселье, второй день подряд, получается. Выпейте с нами чаю. Меня зовут Соня.

-Друзья разместились за круглым столом из витого металла в гостевой комнате ателье. На столешнице были изображены знаки зодиака, впрочем, сейчас закрытые тарелками с различной снедью. Кроме песочно-ягодных корзинок высилась горка пирожков с разнообразной начинкой, сырная тарелка теснили фруктовую вазу, чай пока не разливали, ждали, когда заварится. Сервизом Соня гордилась, она была в полном восторге, когда нашла его. Тонкого бело-розового фарфора с рисунком, на котором белка мама стояла на пороге дома, держа на одной лапе малюсенького бельчонка, махала второй идущему к ней белку с бельчонком-подростком, у обоих лежали удочки на плечах, папа белк нес ведерко, из которого торчали рыбьи хвосты. А на заднем фоне голубела река.

Сама гостевая была очень уютной. Светло серые обои с ветвями голубоватой сирени, портьеры на окнах с таким же рисунком. Два небольших дивана с ворохом серых и голубых подушек и удобные стулья с подлокотниками вокруг астрологического столика. Но больше всего привлекала внимание манекенов в углу и дивная стеклянная люстра с плафонами-бабочками, восемь крупных бабочек под потолком с две маленькие бабочки бра рядом со столиком.

Бурундук Еремей ахнул,

-Чистый парадиз! Куда я попал, и это после прохиндея Луцика, он-то кроме выгоды ни о чем думать не мог, ни в жизнь бы ни на каких бабочек не разорился. Удивляюсь, что электричество у него было, с его скаредностью при свечах впору проживать.

Гости познакомились, усадили Еремея, и Соня разлила всем чай.

-Еремей, расскажите нам об этом Луцике, который жил до меня в доме. Я ведь его даже не видела, купила дом в агентстве, он доверенность агентству оставил, а сам уже уехал из Большого города.

-Видеть там особо нечего было, не велика потеря. Обычный старый заурядный воробей, для юных красавиц интереса не представлял. Но субъект был любопытный. Драконий мастер.

-Что?-одновременно воскликнули Фома с Соней.

-Как вы сказали? Драконий мастер?

-Да, странно это. Хотя, если историю его знать, а я же его с детства знаю, он постарше меня, ненамного. Я в то время маленький был, а он молодой был воробей, год ему исполнился, подруга у Луцика была- первая красавица среди воробьев Большого города, а какие у нас птицы красивые, вы и сами знаете, как ваша подружка, такая же прекрасная невеста у Луцика была, поженились они ранней осенью. Я даже свадьбу помню, а как же, это же первая свадьба, на которой я побывал, ребенком еще, потому и запомнил. Это потом все смешалось, свадьбы же похожи: едят все, танцуют, а первую запомнил. Хотя я бы ее наверняка и так запомнил, счастливая пара была необыкновенно. Глаз друг от друга не отрывали, лучились, шли по улице, погода теплее становилась, цветы завядшие снова распускались, такая любовь от них шла.

-И что же дальше, Еремей?

-А что дальше. Не пожили они в счастье своем, говорят, таким боги завидуют, забирают счастье. Вот у Луцика и забрали. Умерла его воробьиха той же осенью.

-От чего? Она же молодая была.

-От чего именно не помню, врать не буду. Но быстро очень, не болела почти, раз и умерла. Мы думаем он за ней уйдет, так страдал. Но нет, жить остался, да только жизнь его- одно название. Он же мебельщик был, краснодеревщик, мебель делал красивую, в доме все было руками его сделано, панели деревянные резные, столики разные, как ваш, только из дерева, он бы такой смог вырезать. Я помню забегал к нему мальцом, он добрый тогда был -Луцик, потому что счастливый.

После того, как ушла жена его, мебель он больше не делал, да и свою продал, панели даже со стен снял. Голые стены, вместо стола- фанерка на ящике, табуретка да полки с красками. Начал он после смерти жены своей драконов рисовать, драконий мастер его звали, в городе почти все драконы им нарисованы. Я ему тоже заказ давал, я же печатник, книги печатаю редкие, нужны были драконы для сказки старинной. Зарабатывал он неплохо, все раздавал, себе на еду, да на краски оставлял, в халате ходил, вечно красками заляпанном.

-А почему он драконов стал рисовать, вы спрашивали?

-А как же, спрашивал. Ответил: «Хитрый я, Еремей, я знаю, куда моя любимая от меня ушла, в драконьем мире она сейчас живет. Узнал я, помогли узнать. И сказали, хочешь с ней быть после смерти, рисуй драконов или пиши о них. Но писать я не могу, а рисовать с детства получалось. Буду я драконов рисовать, сколько жить буду, а потом к ней.

У Полины даже слезы из глаз брызнули.

-Бурундук Еремей, так, а уехал он куда?

-Уехал поближе к драконам. Зашел ко мне перед отъездом, все-таки всю жизнь знакомы, попрощался, сказал, что сон видел, позвали драконы – письмо с их мира получил, то есть заберут они его к себе, сказали ему готовится, а пока пожить рядом с их пещерой старой, под Краковом, город такой в Польше. Он сразу и сорвался с места. Можно сказать, счастливый уехал. Умиротворенный такой. Я его как увидел, таки и понял, что недолго ему осталось. Нельзя так любить. Умерла, что же теперь делать, погоревал, поплакал, но жизнь то продолжается. А то запер себя в четырех стенах с рисунками своими. Сколько он за жизнь драконов этих нарисовал, думаю, целый мир заселить можно драконами этими. С этими словами бурундук Еремей откланялся, поблагодарил за чай, пригласил Соню заходить в гости по — соседски, жена де будет рада поболтать с новой соседкой, и ушел.

-Странно все это, Соня. Столько драконов вокруг тебя. И история такая грустная.

-Не знаю, Полиночка. Грустная, конечно, с одной стороны. А с другой стороны, многие ли уверены, что после смерти со своими любимыми останутся? А Луцик верил. Забыла спросить, почему его Еремей прохиндеем назвал и скаредным. Такого воробья сказочного: доброго и любящего.

-Судьбу он обманул, Соня. Я так думаю. Она ему одни карты сдала, а он их вон как разыграл. Вместо любви скоротечной, любовь вечную выбрал. Обманул он судьбу. Поэтому прохиндей. А скаредный- верил, что чем больше раздашь, тем больше тебе достанется, а ему суперприз был нужен, уйти в мир к любимой. А бурундук Еремей не прост. Интересный сосед – печатник у тебя, Соня.

-Ты видишь, как нас ведут, Фома. Нет никаких случайностей в жизни, нам рассказывают историю, листают книгу, и все страницы этой книги связаны, ничего лишнего. А когда мы прочитаем эту книгу, узнаем, кто мы такие.

-Какая таинственная у тебя книга-жизнь, Сонечка, не то, что у меня.

-Мы пока этого не знаем, Поля. Я думаю в каждой книге есть тайна.

-У меня вместо тайны-пустота, Соня.

-Может быть пустота и есть самая большая тайна. Фома, я думаю, что я ошибалась, когда решила отложить нашу свадьбу. Вернее, свадьбу мы отметим осенью, когда мои родители смогут приехать, сейчас у папы началась стройка, а мама собирает первый урожай. Но откладывать нашу жизнь мы не будем, я хочу, чтобы ты сегодня переехал ко мне. Я хочу начать жить свою жизнь сегодня, не с осени, не с понедельника, а сегодня. Это была история для меня, Фома, чтобы я поняла, что можно не успеть. Не успеть прожить свою жизнь. И тогда придется ждать очень-очень долго. И встречаться в мире драконов.

Фома стоял с опущенными лапами и от счастья не мог выговорить не слова. А Полина обнимала подругу и снова плакала. Такой у нее выдался день.